Ветер Ночи

Я уже существенное время пробую писать прозой, и вот очередная попытка этого процесса. Начало повести а ля Стивен Кинг. Тема пришла как-то сама собой, а уж потом я увидел, что она не так уж оргигинально. Однако, я всё же надеюсь, история будет неплохой.

Узор

Глава 1
Тусклая лампочка под потолком едва разгоняла мрак в небольшой скупо обставленной комнате. Из окна была видна аккуратная клумба, какие обычно украшают безликие государственные учреждения. За единственным столом сидел уже немолодой человек в деловом костюме. На вид ему можно было дать лет пятьдесят. Он, казалось, кого-то ожидал. Наконец, в дверь постучали. Секунду спустя, вошёл гость, которого и ожидал человек в комнате. Вошедший был на добрых двадцать лет моложе и очевидно находился в подчинении. Он вытянулся по струнке.
— Полковник Смит, сэр, мы вышли на него. Больше нет никаких сомнений в том, что он как раз подходящий материал.
— Что этот тип, Баррет, кажется, из себя представляет?
— Джим Баррет, сэр. Мы точно знаем, что он может читать мысли и эмоции. Наши специалисты говорят, что он способен и на большее. Кроме того, у него почти нет друзей, а родители умерли, когда он был ещё ребёнком.
— Отлично. Я лично буду руководить операцией. Лейтенант, вы свободны.
Когда молодой человек вышел полковник с недоброй усмешкой добавил:
— Мы давно ждали такого случая, и скоро придёт время для кое-чего действительно большего.

Жизнь - это узор, который сплетается из людей, событий, и каждый сам складывает его из нитей судьбы. Для одних это дорога к успеху, для остальных - камера, с единственным окошком в потолке. А если ты отличаешься от других людей странными способностями, которые ты вынужден скрывать, окошко больше напоминает щель.
Джим Баррет был как раз таким человеком. В свои двадцать восемь пять дней из семи несли его по ставшему уже осточертевшим, привычному кругу. Утро, завтрак, потом дорога на машине, которая тянется целую вечность; работа, путь домой.
Дом был именно тем местом, откуда он мог увидеть мир, казавшийся призрачным, как отражение луны в озере туманной ночью. Но и там шло всё своим чередом. После того, как от него ушла жена, узор внутри круга замкнулся окончательно. Неповторимый и нерушимый в своём мрачном совершенстве.
Нельзя сказать, чтоб Джим был не счастлив. Работа в редакции журнала ему в общем-то нравилась и оплачивалась тоже не плохо. Уютный дом в спальном районе. Но мелкие детали превращали жизнь в существование. А из мелочей и складывается её узор.
Джим отхлебнул кофе из чашки. Один день в редакции походил на другой, и этот с виду не отличался от прочих. Перебирая материалы на столе, он уже отложил несколько интересных вещей, чтобы познакомиться с ними поближе, когда, бросив взгляд на часы, обнаружил, что пришло время обеда. Не изменяя своим привычкам, Баррет направился в давно примеченный им небольшой ресторанчик.
Это было замечательное место чуть дальше по набережной. Из его окон открывался прекрасный вид на залив, а в этот солнечный день на исходе лета морская гладь сверкала не хуже сотни бриллиантов. Но не менее существенным преимуществом для Джима была немногочисленность посетителей и более, чем приличная еда, которую здесь готовили. Впрочем, что касается первого пункта — Джим с неудовольствием вынужден был отметить, что количество клиентов здесь прибавилось. Он сел за свой обычный столик у окна в углу, пролистал предложенное меню и сделал заказ. Ожидая, пока его принесут, Джим развернул газету и закурил. Пробежав глазами первую страницу, он не нашёл ничего особенно интересного. В надежде всё же найти что-нибудь интересное он углубился в чтение на других листах и потому не сразу заметил незнакомца, которому пришлось кашлянуть, обращая на себя внимание.
— Не имеете ничего против, если я к вам присоединюсь?
— Нет. Садитесь.
Джим окинул взглядом своего нового соседа. Строгий опрятный деловой костюм говорил о приверженности интеллектуальному труду, а холодный взгляд свысока выдавал руководящую должность. Однако, в через эту ледяную маску явно пробивалась заинтересованность. На вид незнакомцу можно было дать пятьдесят или около того, но для них он выглядел очень неплохо. Подтянутая фигура подчёркивала его хорошую физическую форму. Джим бы не удивился, если передним оказался бы военный в отставке, ныне работающий в каком-нибудь государственном агентстве. А Джима редко подводила интуиция.
Тем временем официант принёс его заказ, и он отложил газету. Погасив в пепельнице окурок, Джим переключил своё внимание на еду. Он чувствовал себя немного неуютно. Его сосед по столику между тем заказал чашку кофе и, казалось, совсем не обращал на него внимания.
— Здравствуйте, мистер Баррет, — сказал он, когда кофе принесли.
— Здравствуйте,— немного удивлённо проговорил Джим, — но разве я вас знаю?
— Вряд ли, однако, главное то, что вы хорошо известны нам. Можете называть меня полковник Смит.
— Не помню, чтоб я говорил вам своё имя, — заметил Джим. — Кроме того, не совсем понимаю, кому это «нам».
— О, это совершенно не обязательно. А что до вашего последнего вопроса, скажу только, что организация, которую я имею честь представлять, занимается некоторого рода исследованиями, и безусловно в ваших интересах с нами сотрудничать.
— Однако, это не в моих планах, и я не думаю, что у вас есть способ меня контролировать.
— Можете поверить, способ найдётся всегда. В наш цифровой век всё решает информация, и тот, кто её контролирует. Уж вы то должны это знать. Достаточно стереть данные о вашем счёте в банке и вы останетесь без денег. А сколько вы сможете обойтись без номера социального страхования?
— Чушь, информация в банках хорошо охраняется.
— Уверен, что могу поколебать вашу уверенность. Вот моя визитная карточка, позвоните мне, когда убедитесь в нашей серьёзности.
Полковник подозвал официанта и расплатился, после чего чётким шагом направился к выходу. Джим некоторое время рассматривал предложенную визитку. Аппетита больше не было, и он решил последовать примеру Смита. Удивление переросло в тревогу, когда он обнаружил, что его кредитка не работает, и пришлось расплатиться наличными. Благодаря давней привычке, у него нашлось достаточно мелочи.
Остаток рабочего дня прошёл скомкано. Мысли Джима были поглощены странным незнакомцем. К счастью, завтра была суббота, выходной, и Джим мог немного расслабиться. Дома Баррет чувствовал не меньшую напряжённость. Он был сбит с толку. Кто мог узнать о его необычности? Но главное — как? Джим не был болтлив, и о него было ни единого предположения на этот счёт.
Необычность может расстроить жизнь, разбитые осколки которой окружают нас повсюду. Но это, в общем-то, никого не беспокоит, пока из-за этого не разрушается их собственная. А если эта необычность выражается не в физическом или умственном недостатке? Когда люди видят человека, который умнее их, они завидуют. Когда они видят кого-то, кто сильнее их — боятся. Но если этот кто-то обладает способностями, про которые журнал, где Джим работал, напечатал бы крупным шрифтом заголовок «Паранормальность», то люди их ненавидят. Человек с пещерных времён боится всего, что не может понять. Боится и ненавидит — вдвойне.
А Джима Баррета вполне можно было отнести к тем немногим, кому дарована другая Сила, в отличие от идиотских уличных магов, некоторые из которых даже пролезали в вечерние ТВ-шоу и даже создавали собственные. Как тот тип Лейн, регулярно зливший Джима одним своим видом, когда он по ошибке включал не тот канал.
Вот и теперь, переключая каналы, его передёрнуло при виде этого шута.
Перебирая в памяти прожитый день, Джим вновь и вновь вспоминал встречу со странным полковником. Джон Смит. Вряд ли это его настоящее имя. Откуда он узнал о Джиме, ведь он держал свою необычность в тайне? Как полковник смог на целых несколько часов убрать все сведения о его кредитной карте из компьютеров банка? Одни вопросы и никаких ответов. Когда Джим позвонил в банк второй раз, вечером, со счётом и картой было всё в порядке, словно ничего и не случалось. В могуществе людей, стоящих за этой странной организацией, сомневаться не приходилось.
Когда раздался телефонный звонок, Джим сразу вспомнил о словах полковника Смита. Помедлив в первое мгновенье, он всё же поднял трубку.
— Здравствуйте мистер Баррет, — проговорил знакомый голос. — Вы больше не сомневаетесь в нашей серьёзности?
— Полковник Смит? — осведомился Джим.
— Я рад, что вы запомнили моё имя, — ответил Смит.
— Не думаю, что оно настоящее, — парировал Джим.
— В нашем деле приходится скрывать многое даже от самых близких людей, а мы с вами едва знакомы. Впрочем, это легко исправить.
— Я говорил вам раньше и скажу теперь: нет. Я никогда не стану участвовать в ваших планах.
— Ну, зачем же так грубо? Разве вы хотите разнообразить себе жизнь неприятностями?
— Не звоните мне больше, если не хотите иметь дело с полицией, — резко ответил Джим.
— О, с полицией вы, видимо, встретитесь сами, а звонить вам я больше не стану, но мы ещё обязательно с вами встретимся, мистер Баррет. Зря вы не вняли голосу разума.
Джим хотел сделать ехидное замечание, но полковник уже повесил трубку.

Глава 2
Утром Баррет был разбужен новым телефонным звонком. Чертыхаясь, он сел на край кровати и ответил на звонок.
— Алло. Джим Баррет слушает.
— Здравствуйте, Джим, — произнёс незнакомый голос. Совершенно чётко Джим почувствовал, что это не полковник Смит.
— С кем я говорю, — спросил Джим.
— Пока я не могу вам сказать правду, а ложь вас точно не устроит. Собственно, я хотел бы встретиться с вами сегодня в любом месте, где пожелаете.
— Почему вы думаете, что я соглашусь?
— Мы располагаем информацией, что вами заинтересовались некие секретные правительственные структуры.
— И вы тоже хотите использовать меня в своих целях, — с иронией завершил Джим.
— Вы не совсем верно меня поняли. Мы представляем группу людей с несколько своеобразными талантами и способностями, сродни ваших. Объединившись мы смогли противостоять организации, которая вас сейчас преследует. Присоединяйтесь, на нужны надёжные люди.
— Это только слова.
— Вы недооцениваете опасность, которая вам угрожает. У вас почти не осталось времени, прежде чем они предпримут следующий шаг. Проверьте свою электронную почту. В письме будет приглашение к видеоконференции. Мы сможем обсудить ваши условия более подробно и без риска как для вас так и для нашей группы.
— Если я и соглашусь, то уж точно, это будет не сегодня.
— Ваше право. Однако я вас предупредил.
Джим повесил трубку. Ещё один звонок. Это определённо начинало его раздражать. Как много людей, оказывается, заботятся о его интересах! Он оделся и прибрал кровать, а затем зашёл на кухню, чтобы вскипятить воду для кофе. Пока она нагревалась, Джим привёл себя в порядок в ванной.
Когда Джим вернулся на кухню, вода уже весело булькала на огне. Соорудив себе пару бутербродов и чашку крепкого бодрящего кофе, он отправился в зал, где включил телевизор на канале новостей.
Говорили как всегда о политике, об международном терроризме и ситуации на ближнем востоке. Не забыли и про Иран с его ядерной программой, но главной темой, конечно, были президентские выборы, предстоящие осенью.
Джим слабо интересовался подробностями предвыборной гонки, хотя даже в небольшом городке на восточном побережье США, где он жил, всё дышало борьбой демократов и республиканцев. Его внимание привлёк лишь сюжет местного канала. На экране телевизора возник знакомый дом, в котором жил его друг. Вокруг было полно полиции, а путь к двери преграждали пёстрые ленты с классической надписью, запрещающей находиться на месте преступления.
— Тихий спальный район, где я нахожусь, сейчас встревожен убийством, в котором был застрелен Эд Брук. Полиция ещё не выдвинула обвинений против кого-либо, но уже сейчас опрашиваются соседи и возможные свидетели. Один из них, Билл Оуквуд, согласился дать нам интервью.
— Билл был спокойным хорошим малым. Я даже не предполагал, что у него есть враги. А что кто-то из них пойдёт на убийство — тем более.
— По данным полиции, преступление произошло от часа до трёх ночи. Вы слышали выстрел?
— Нет, я проспал всю ночь. Наверное, у убийцы был пистолет с глушителем.
Джим выключил телевизор. Убийство. Кто мог хотеть гибели Эда? Кому от этого был толк? Вопросы без ответа. В голову приходили мрачные мысли. Определённо, стоило развеяться. Тем более погода продолжала быть просто отменной, в отличие от настроения Джима.
Он вышел на улицу, где уже вовсю сияло солнце. На исходе августа деревья, казалось, спешили получить тепло солнечных лучей до последнего проблеска. Пышная зелень крон пела песню лета и жизни. Джим решил устроить пробежку. Огибая прохожих и мусорные баки, он через полчаса был на той самой набережной, где располагалось его любимое место, в котором можно было спокойно удовлетворить свои гастрономические желания.
Устроившись за одним из столиков, Джим решил подкрепиться поплотнее. Прогулка пробудила в нём аппетит. Через несколько минут принесли его заказ — омлет с беконом, поджаренные тосты, апельсиновый сок и кофе. Следующие полчаса Джим был сосредоточен на еде. Когда он допивал вторую чашку кофе, к нему подошёл человек, в котором Джим узнал полковника Смита.
— Приятного аппетита, мистер Баррет.
— Как вы меня нашли?
— Это было не сложно. Наша организация располагает достаточным количеством компетентных в необходимых областях сотрудников. Кстати, хочу принести вам соболезнования. Я слышал, вашего друга застрелили.
— Вы многое слышите!
— Такая уж у меня работа, мистер Баррет. Но поговорим о вас. Вы всё ещё не согласны на сотрудничество?
— Вы хотите, чтобы я повторил ещё раз? Что ж, напомню мой ответ — нет!
— Напрасно, ведь мы могли бы вам помочь. Ходят слухи, что это вы убили вашего друга. Эда Брука, если не ошибаюсь. А мы могли бы их развеять, прежде чем они достигнут полиции.
— Ваши обвинения беспочвенны.
— Раз вы так думаете, то вероятно удивитесь, к чему приведёт официальное расследование. Но удивляться вы будете уже в тюремной камере, где вам будут ставить условия, а не предлагать взаимовыгодное сотрудничество.
— Чёрта с два оно взаимовыгодное! Вы сами-то своим словам верите?
— Ну, во-первых, у вас вряд ли есть выбор, а во-вторых, мне-то верить совсем не обязательно. Вам же поразмыслить не помешает, пока представляется такая возможность.
— Можете передать вашему руководству, что они с их взаимовыгодным сотрудничеством могут отправляться к дьяволу. Америка — свободная страна, и вы не вынудите меня иметь с вами дело.
— Очень жаль, мистер Баррет. Я надеялся договориться с вами, но, очевидно, придётся принять более решительные меры. До встречи.
— Убирайтесь!
Джим с ненавистью смотрел вслед удаляющемуся Смиту и размышлял над сложившейся ситуацией. Что делать? Самому связаться с полицией или ФБР, а может лучше встретиться с тем парнем, звонившим утром? В конце концов, он ничего не теряет. Джим считал, что последнее — наиболее оптимальный выбор. А учитывая, что его телефон мог прослушиваться, шифрованное электронное послание было наиболее надёжным средством связи.
Дома Джим включил компьютер и просмотрел последние пришедшие письма. Его взгляд сразу остановился на одном, помеченным высшим приоритетом. В тексте письма не было ничего, кроме ссылки, которая отрывала страницу с видеоконференцией, а также имени пользователя и пароля. Джим ввёл запрашиваемую информацию на открывшейся странице и включил веб-камеру. На экране возникло знакомое лицо.
— Кажется, вы говорили, что встретитесь с нами «уж точно не сегодня»?
— Всё меняется, жизнь изменчива.
— Я рад, что вы нашли с вами общий язык. Итак, мне нужно место и время.
— У фонтана в центральном парке завтра в десять утра.
— Отлично, я буду вас ждать. Постарайтесь не действовать опрометчиво.
Связь прервалась, и окно видеоконференции погасло. Джим закрыл окно программы и выключил компьютер. Он не чувствовал враждебности в этом человеке, а чувства редко подводили его. Джим легко улавливал настроение и эмоции.
Этот дар был с ним с самого детства. Окружающие удивлялись, как он чувствует каждого человека вокруг, и Джим слыл чутким ребёнком. Новый импульс развитию этого своеобразного таланта дало несчастье, постигшее Джима в четырнадцать лет, когда самолёт, в котором его отец возвращался с деловой встречи в Европе, разбился над Атлантическим океаном. Через год от болезни, название которой Джим не запомнил, слегла и его мать. Джима усыновил брат его матери, и в новой семье к нему неплохо относились. Но он потерял самых близких ему людей и замкнулся в себе. Именно в этот момент он осознал, что приобрёл нечто большее. Не просто способность чувствовать. Теперь он мог заставлять ощутить любое чувство и других людей.
Он быстро понял, что не стоит распространяться о своей необычности. Вместо этого Джим тайно, украдкой развивал свои странные способности. Постепенно к его разум стал способен улавливать и мысли, но лишь после долгой концентрации сознания. В такие минуты он читал человека, словно раскрытую книгу. А теперь, кто-то заинтересовался им, хотя Джим никак не мог понять, где же он свалял дурака и раскрылся.
Звонок у входной двери прервал ход его мыслей. На крыльце стоял полицейский.
— Здравствуйте, сэр. Я сержант Макферсон. Вы Джим Баррет?
— Совершенно верно, сержант. Входите. Что-нибудь произошло?
— Сегодня ночью был убит Эд Брук и мы опрашиваем всех соседей и знакомых. Нам известно, что убитый был вашим другом, и я хотел бы задать вам несколько вопросов, если не возражаете.
— Да, конечно, — ответил Джим, проводив полицейского в кабинет.
— Когда вы в последний раз встречали убитого?
— Я видел его в пятницу часов в пять дня. Мы работаем в одном журнале. Рабочий день заканчивался, и он как раз собирался домой.
— Он не говорил вам ничего о том, что ему кто-то угрожал или что-нибудь подобное?
— Нет, он вёл себя как обычно. Рассказывал о планах на уик-энд.
— И последний вопрос, для протокола. Где вы находились сегодня между часом и тремя ночи?
— У себя дома. Я спал. Но, конечно, это никто не может подтвердить, ведь я живу один после развода с Кэрин. А вы меня подозреваете?
— Мы только собираем все данные, чтобы сразу отмести невозможные варианты. Спасибо за ваши ответы. Если вы вспомните что-то важное, позвоните по этому номеру.
Проводив сержанта, Джим окончательно уверился в том, что Смит и стоящие за ним люди не привыкли шутить. Ему нужны были союзники, и, похоже, он нашёл подходящих людей на эту роль. Совет не высовываться он нашёл дельным и намеревался провести остаток дня за компьютером, благо многопользовательские сетевые игры были способны увлечь внимание на многие часы. Когда часовая стрелка подошла к одиннадцати вечера, Джим вспомнил о встрече завтра утром и с сожалением выключил компьютер. Раздевшись, он лёг на кровать и почти мгновенно заснул.

Глава 3
Утром, завтракая на кухне, Джим листал свежий номер «Нью Герольд». Уже на первой странице его внимание привлекла статья о вчерашнем убийстве, в которой говорилось, что по информации из близкого к расследованию источника, главный подозреваемый в совершённом преступлении один из друзей погибшего. Кусочки незримой головоломки в голове Джима постепенно вставали на свои места. Теперь уже было совершенно очевидно, что таинственная организация от слов перешла к активным действиям. Медлить больше было нельзя.
Выйдя из дому, Джим поймал такси. Через каких-нибудь десять минут он был почти у самого места встречи. Парк, располагавшийся на площади в добрую квадратную милю, был разбит на манер нью-йоркского «коллеги». Но сейчас Джима не привлекали ни искусственный пруд, ни прочие его достоинства. Он быстрым шагом двигался по направлению к фонтану. Джим устроился на одной из скамеек поблизости, откуда были неплохо видны окрестности. Время от времени он осматривался вокруг, иногда поглядывая на часы.
Джим пытался коснуться разума окружающих, чтобы уловить, кто же из них таинственный доброжелатель, но все были заняты своими заботами. Наконец он различил явный интерес к себе, которым почти сиял направлявшийся к нему человек. Несмотря на это разум незнакомца был будто скрыт от него за кирпичной стеной. Джим не помнил ни одного случая, когда такое происходило с ним в последний раз. Он определённо был не прост. «Но какой силой обладает этот тип?» — подумалось Джиму.
— Здравствуйте, Баррет. Меня зовут Холл Найт. Мы договаривались с вами о встрече.
— Здравствуйте, Холл, если только это ваше настоящее имя.
— Одно из. Я использую его уже достаточно долго, чтобы это не доставляло мне неудобств. К сожалению, приходится принимать вынужденные меры ради собственной безопасности. Однако, в сложившейся ситуации, нам следует поговорить о вас. Ваши проблемы куда существеннее.
— Но скажите, для начала, с какой стати вы мне помогаете?
— Вы по-своему уникальный человек, Баррет. Но не думайте, что вы одиноки в своей уникальности. Я, как и многие другие, также несу её груз. Да, это именно груз — нами интересуются многие, и лишь вместе мы способны отстоять свою свободу.
— Но я не хожу сквозь стены и не кидаю огненные шары. Почему вы вообще думаете, что я способен на что-то особенное. Я — обычный человек.
— Обычных людей не преследуют правительственные структуры, против рядовых обывателей не фабрикуют уголовные дела. Мы заметили вас уже довольно давно и с тех пор находимся по близости.
— Что ж вы не связались со мной до сих пор?
— В этом не было необходимости. Мы не вмешиваемся в чужие жизни, и раньше вы были в относительной безопасности. Однако стремительно развивающиеся события заставили нас поторопиться. Пришло время начать новую жизнь, — Холл протянул Джиму большой запечатанный конверт. — Здесь всё, что вам потребуется — новые документы, деньги, билеты.
— У меня есть деньги.
— Вам сейчас нельзя быть на виду, крупная сумма, снятая со счёта в банке сразу же выдаст ваши намерения. В общем, ведите себя как обычно и не высовывайтесь. В час дня вы отправитесь рейсовым автобусом до небольшого городка в ста пятидесяти милях к северу. Там вас будет ждать машина. В зависимости от того, сможете ли вы сбить преследователей со своего следа, мы выберем оптимальный путь до нашей базы.
— Как я узнаю машину?
— Достаточно того, что наш человек узнает вас. Вы же заметили меня до того, как увидели глазами? Мы все чувствуем друг друга, и это лучший способ узнать своих.
— В таком случае, до встречи.
— Взаимно.
Проводив взглядом Холла, Джим побродил по дорожкам парка, лежащим среди зелёных залитых солнцем лужаек ещё минут десять. На часах ещё не было и одиннадцати, так что у него впереди порядком свободного времени.
Когда Джим оказался дома, то решил взглянуть на переданный ему пакет. Вытряхнув его содержимое на письменный стол у себя в кабинете, он обнаружил билет до Смитфорда (название условное, будет изменено) рейсовым автобусом, новые права, паспорт и что-то около двух с половиной тысяч долларов. Кроме того, в конверте находилась небольшая записка, начертанная на небольшом листке бумаги, скорее всего вырванном из блокнота. «Пара советов. Не приходите на автовокзал задолго до отправления автобуса. Не идите туда прямиком, постарайтесь сбить организацию со следа, за вами почти наверняка будут следить. Уничтожьте это послание, когда прочтёте его. Х.Н.» Перечитав записку, он вернулся в зал, где сжёг листок в камине, поворошив немного кочергой, чтобы смешать пепел. Затем, Джим подобрал себе одежду поновее, в которой его труднее было бы опознать, и сложил в дорожную сумку некоторые личные вещи. Удалить личную информацию с компьютера тоже было не лишним, и Джим занялся этим в следующие пятнадцать минут.
Он вышел из дома, остановившись на мгновение на крыльце, чтобы проверить, закрыл ли он замок. До отправления его рейса оставалось чуть меньше часа. Дойдя до ближайшей станции подземки, Джим спустился по лестнице и проехал на метро около половины пути до автовокзала. В вагоне он заметил обычного с виду человека, украдкой наблюдавшего за ним. Джиму пришлось пойти на довольно примитивную, всё ещё срабатывающую хитрость. Ему совсем не улыбалось вывести по своему следу организацию прямо к его новым друзьям. Когда поезд остановился на очередной станции, Джим подождал, пока двери не начали закрываться, и выскочил на платформу в последний момент. Незнакомец рванулся за ним, но опоздал и лишь бессильно ударил сомкнувшиеся двери.
Быстро взбежав по ступенькам вверх, Джим оказался на поверхности, через секунду смешавшись с толпой. Повернув за угол магазина, он остановился, чтобы поймать такси. Ему повезло, и спустя минуту он ехал на конечную цель своего маршрута. Расплатившись, Джим вышел из машины. Оглядевшись вокруг, он увидел, что нужный автобус уже прибыл и сейчас ожидал своих пассажиров.
Джим занял своё место, когда до отправления оставалось минут семь. Теперь он мог расслабиться — поездка продлится добрых два часа. Вместе с ним в салоне находилось около трёх с половиной десятков пассажиров, и свободных мест почти не было. Судя по его ощущениям, нигде поблизости не было ни доброжелателей из числа «одарённых», ни людей, работающих на таинственную организацию. Всё шло, как и надеялся Джим, и если так будет продолжаться и дальше, то дорога пройдёт спокойно. Однако он учитывал, что, не обладая навыками, из тех, каким обучают в ЦРУ, он не может на все сто быть уверенным в действительном отсутствии слежки.
Между тем минуты шли, и автобус двинулся с места. За окном мелькали типичные урбанистические картины, которые со временем сменились сельским пейзажем полей и ферм, кое-где пересекаемым лесом и ручьями. Город остался позади. В какой-то момент Джим задремал, но сон его был не долгим — он обнаружил, что проспал всего полчаса.
К счастью, ему удалось оторваться от организации, но кто знает, какие опасности ждут его впереди? Нельзя же вечно прятаться где-нибудь на отшибе, где тебя могут пристукнуть так, что никто об этом никогда не узнает, а через несколько лет найдут лишь полуразложившийся обезображенный труп. Надо научиться сражаться с новым врагом, от которого не убежать, но зато можно слиться с окружающими. Стать с виду неотличимым от них и скрытно вести борьбу за жизнь, а может — даже победить.
Знак, приглашавший в Смитфорд, возвестил о скором окончании поездки. На остановке Джим вышел с другими пассажирами, разбредающимися кто куда. Когда он попробовал поискать разумом человека, который должен был его ждать, его взгляд остановился на миловидной девушке с длинными тёмно-русыми волосами, одетой в поистёршиеся синие джинсы и такую же куртку. Она тоже его заметила, и в следующее мгновение Джима словно окутало успокаивающее тепло. Когда они подошли друг к другу, девушка заговорила первой.
— Здравствуйте. Вы, наверное, Джим? А меня зовут Энн.
— Да, вы совершенно правы. Приятно познакомиться.
— Очень хорошо. Сейчас мы пообедаем в закусочной через дорогу, а потом двинемся дальше. За вами не следили?
— Вначале, но затем мне вроде бы удалось оторваться от преследователей.
— Отлично. Пойдёмте, перекусим.
На другой стороне улице и в самом деле располагалась небольшая одноэтажная пиццерия. Через стеклянные панели фасада, было видно, что не им одним пришла в голову эта мысль. Энн присела за один из столов, а Джим подошёл к прилавку, чтобы сделать заказ. Через минуту он вернулся с подносом, загруженным едой в одноразовой пластиковой посуде. Некоторое время было посвящено исключительно еде, но Джим то и дело поглядывал на свою спутницу, которая ему сразу понравилась.
«Давайте перейдём на «ты», — услышал он предложение Энн и через секунду понял, что слышит его в своей голове. Его новая знакомая тоже обладала способностями к телепатии.
«О’кей. Так действительно удобнее», — послал ответную мысль Джим, имея в виду одновременно и довольно оригинальный способ общения с собеседницей. Если случайный прохожий глянул бы в этот момент на них со стороны, то увидел бы всего лишь обедающих молодых парня с девушкой, перекидывающихся украдкой друг с другом взглядами.
«Я чувствую, что-то омрачает твой разум. Это произошло недавно. Возможно, станет легче, если ты разделишь груз своей памяти с кем-то ещё, ведь дело не только в недавних событиях. Я ощущаю пустоту в вашем сердце».
«Жизнь вообще грустная вещь, по крайней мере, для некоторых людей. Тех из них, кто отличается от остальной серой массы. Мы с вами, похоже, обладаем схожими способностями»
«Да, а я к тому же училась на психолога. Если ты позволишь, я попробую «прочесть» тебя. Возможно, мы найдём много общего»
«Не против. В моей истории вообще не много интересного, но мне будет любопытно наблюдать твою реакцию»
«Расслабься. Когда я начну, мы почувствуем друг друга единым целым»
Джим почувствовал доброжелательное касание разума, который, растворяясь в его собственном, больше не был чужим. Их воспоминания на мгновенье стали общими, и каждый почувствовал собеседника не просто знакомым в силу обстоятельств, а другом. Джим с удивлением отметил, что у них действительно много общего. Они рано остались без родителей и росли в окружении дальних родственников, рано обнаружили свою уникальность и поняли, что её нужно скрывать. Их новые семьи сначала восхищались этой необычностью, а когда дети стали взрослеть — к ним относились всё более настороженно. В заключение и Джиму, и Энн было суждено оставить дом, ставший клеткой с отнюдь не золотой решёткой.
В краткие мгновения единения Джим больше не чувствовал себя выброшенным на обочину дороги жизни. Его охватило желание отдать своё тепло, той, ставшей за краткий миг ему такой родной и любимой. Первое по-настоящему сильное желание. Пустота в сердце была заполнена дорогим ему человеком. Грусть ушла, а пришедшее вместо неё тепло согрело их.

Евгений AKA Sacren
Август 2008 — ...
work in progress
sacren[@]ya.ru sacren[@]gmail.com